Pontecorvo 9 2Когда в 1950 году Бруно Понтекорво прибыл в СССР вместе со всей семьей, его супруге, шведке Марианне Нордблом, выпускнице Сорбонны, было 33 года. Лаура Ферми, познакомившаяся с Марианной в 1948 году в США, вспоминала: «Марианна была маленькая светловолосая женщина. Она выглядела необыкновенно молодо, просто не верилось, что у нее трое детей. Она сидела на краешке стула, и видно было, что она мучительно стесняется. Все мои попытки подружиться разбивались о ледяную скованность этой застенчивости. Она оттаяла только на одну минутку, когда я после обеда начала при ней складывать посуду в автоматическую судомойку. Тут ее ясные голубые детские глаза загорелись интересом.

Я ужасно удивилась, когда уже после исчезновения семьи Понтекорво стало известно, что Марианна, как и сам Бруно, была членом коммунистической партии. Английские власти получили эти сведения из Швеции». Воспоминания В.П. Джелепова подтверждают активную политическую позицию Марианны: «Бруно был итальянским коммунистом и, приехав в Россию, вскоре вступил в нашу коммунистическую партию. Его супруга Марианна… на вопрос, зачем они приехали в Россию, отвечала с иностранным акцентом: “Как зачем? Дальнейше строить коммунизм”».

Д.Б. Понтекорво вспоминает, что переезд в СССР Марианна пережила «сначала нормально. <...> В Дубне мама много занималась огородом. Лет через пять она заболела. Она довольно дол­го болела, но, слава богу, последние годы была в очень хоро­шей форме и жила с моим братом и его женой, и мы (три брата и мама) ча­сто общались».

Джиль, которому по приезде в СССР было 12 лет, начал учиться в обычной дубненской школе: «…когда я приехал в Дубну и 10 ноября пошел в школу, у меня в течение одного дня все проблемы были решены. Были друзья, причем они знали максимум два-три английских слова, а я русских ни одного не знал. Тем не менее сразу образовался круг общения. Моих роди­телей уговаривали отдать меня в Мо­скву, в английскую школу, где учились дети дипломатов. Но, слава богу, они отказались, и я им за это очень благо­дарен. Они сказали четко: пусть идет в нормальную школу, учит язык и за­нимается. Если я бы пошел в этот ди­пломатический питомник, я бы гораз­до хуже знал русский язык». После школы, которую он окончил с золотой медалью, Д.Б. Понтекорво поступил на физический факультет МГУ, а затем стал сотрудником Лаборатории ядерных проблем ОИЯИ. Занимался исследованием и развитием методики стримерных камер и изучением процессов рассеяния пионов на ядрах изотопов гелия. Защитил кандидатскую, а затем докторскую диссертации. Широко известен как научный переводчик.

Тито Понтекорво родился в 1944 году. Еще в школе увлекся лошадьми: «Снача­ла он ходил ухаживать за ними в кол­хоз и потом купил свою первую лошадь у цыган, в Кимрах. Она стояла у нас на дворе, прямо напротив ДК “Мир”. Спу­стя некоторое время он договорился в Москве, и ему дали брата Анилина, очень породистого жеребца, и было очень интересно смотреть, как ласко­во они с “цыганской лошадью” друг на друга смотрят, как они друг другу нравятся» (из воспоминаний Джиля Понтекорво). Т.Б. Понтекорво окончил географический факультет МГУ по специальности «океанология», работал в экспедициях, но затем вернулся к лошадям. «Тито — хороший организатор, и та конюшня, которую он возвел на Левом берегу, это была фантастика. Но и та, которая в Ратмино, красивая, на фоне рат­минских новостроек она до сих пор хорошо смотрится. Один раз я был на конюшне на Левом берегу с Еленой Петушковой — олимпийской чемпи­онкой по езде верхом, — и она очень хвалила конюшни. <...> Тито уже был известным коннозаводчиком лошадей ахалтекин­ской породы. <...> Последний раз мы встретились с Тито семь лет тому назад в Стокгольме на похоронах нашей тети. И он рассказывал, что в Туркменистане ахалтекинец появился на государственном флаге, и он становится их национальным символом… Тито регулярно зовут в Туркменистан как единственного знающего специалиста по ахалтекинцам и как судью, и как консультанта. Это здорово!» (из воспоминаний Джиля Понтекорво).

Самый младший сын Марианны и Бруно Понтекорво, Антонио, родился в 1945 году. Увлекался водными лыжами, был одним из первых воднолыжников Дубны. Профессор А.А. Тяпкин писал: «Летом 1959 года ко мне обратился Игорь Колпаков, только что вернувшийся из отпуска. Он с восторгом рассказал, что в Крыму ему удалось прокатиться за катером на широких деревянных лыжах и получить огромное удовольствие. …Я отвел Игоря в столярную мастерскую, и там мы набросали чертеж лыж. Столяр лаборатории В. И. Решетов легко воплотил нашу задумку. Так в ОИЯИ появилась первая пара водных лыж, и вскоре на Волге состоялась “разведка боем” с помощью лодки “Казанки”, принадлежавшей Антонио Понтекорво. Сразу же выяснилось, что одного мотора “Москва” недостаточно. Добавили второй мотор, принадлежавший Игорю Блохинцеву. Так начались первые в Дубне катания на водных лыжах». Архивная фотосъемка сохранила кадры, где Антонио и Бруно Максимович за катером на водных лыжах рассекают волжские волны. Антонио Понтекорво окончил РГУ нефти и газа (НИУ) им. И. М. Губкина, работает в Москве.